Христианство Иудаизм Синтоизм Буддизм Сикхизм Древнеегипетский символ Конфуцианство Индуизм Даосизм Зороастризм Ислам Джайнизм

Магия в традиционных религиях Африки



Изображение: 
Магия в традиционных религиях Африки

В традиционных африканских рели­гиях огромную роль всегда играла магия (от греч. «колдовство», «волшеб­ство») — представления и обряды, в основе которых лежит вера в возмож­ность воздействия на людей, предме­ты и явления видимого мира сверхъ­естественным путём.
К магическим приёмам и средст­вам можно отнести колдовство, ведов­ство, пророчество (прорицательство, ясновидение), гадание, целительство (знахарство).
Вокруг магии, её возникновения и места в религии десятилетиями ве­лись споры как в научной, так и в ре­лигиозной литературе. Продолжаются они и сегодня. По-видимому, в арсе­нал магов входит интуитивное или сознательное использование гипноза, телепатии и, кроме того, не до конца изученных экстрасенсорных способ­ностей человека.
Африканцы, верящие в магию, убеждены, что некото­рые люди, их речь, движения и мысли и даже отдельные предметы наделены сверхъестественными возможностями, свойствами. Эти особые, с маги­ческими способностями, люди живут в атмосфере мистики, они могут ввести себя и других в состояние транса. Сила их воздействия на верующих огромна.
Такими людьми в доколониаль­ной и колониальной Африке были служители традиционных культов. Часть из них занимала высокое обще­ственное положение и образовывала особую группу. В неё входили прежде всего вожди и правители, исполняю­щие функции верховных жрецов. К ним примыкали жрецы-пророки (прорицатели). Считалось, что они, так же как и «цари-жрецы», наделены даром ясновидения, передаваемым по наследству. Формально жрецам-пророкам полагалось руководить только религиозной жизнью своего народа: фактически же у многих народов (нанди, кипсигис, масаи, сук, туркан в Восточной Африке и др.) они были неофициальными, но общепризнан­ными политическими правителями. В Буганде, Бенине и других странах с централизованной государственной властью они оказывали большое влия­ние на правящие династии.
Стать жрецом-прорицателем бы­ло непросто, если претендент не обла­дал наследственными способностями к магии. Надо было пройти тщатель­ный отбор и серьёзное двух- или трёх­летнее обучение. Очень заметными фигурами были верховные жрецы и жрецы храмов (святилищ) наиболее почитаемых божеств и духов. Они по­читались особо и получали многочисленные подношения и щедрые дары от населения.
Другой слой образовывали слу­жители культа, непосредственно не связанные с властью, и те, кто по раз­ным причинам иногда скрывал свою причастность к магии, — колдуны, ве­дуны, гадатели, целители.
Для общества колдуны и ведуны были и до сих пор остаются своего рода проводниками недобрых сил. Повсеместно принято считать, что колдун, являясь опасным для окру­жающих и даже для родных и близ­ких, действует бессознательно, в силу особенностей своей психики и как бы под влиянием сверхъестественных сил. Ведун в отличие от него действу­ет направленно: чтобы добиться цели, он прибегает к магии, пользуется вре­доносными зельями и ягодами. В соот­ветствии с этим и складывалось отно­шение к колдунам и ведунам. Первых старались избегать, а преследовали и наказывали только тогда, когда они становились активными. Ведунов же обычно не щадили, подвергали жесто­чайшим наказаниям: сжигали заживо, сажали на кол, забивали камнями. Правда, в тех случаях, когда угроза исходила от чужих ведунов (из другой деревни, района и т. д.), обращались за помощью к своим. Так традиционное общество пыталось оградить себя от вмешательства тёмных сил.
У народа луо колдунов называли лу-джоки (единственное число — ла-джок) и делили на три категории: пал — «тот, кто танцует ночью»; обиба или аквата — «близкий друг кор­ыта»; йир — «дурной глаз». Чаще всего в колдовстве подозревали мужчин, причём считалось, что они наследуют колдовские качества по отцовской линии, так же как физические признаки или черты характера. Луо рассказывают, что отец-колдун иногда намеренно «вдувал колдовскую силу» своему сыну. Однако в некоторых аф­риканских странах, особенно в про­шлом, колдовством и ведовством за­нимались и женщины.
В мировосприятии многих аф­риканцев любые непредсказуемые яв­ления — внезапная смерть человека от несчастного случая, стихийные бедствия, гибель урожая — получали своё глубинное объяснение.
Известный английский африка­нист Эванс-Причард в одной из сво­их работ (1937 г.) приводил такой пример: «В стране азанде (народ, жи­вущий на северо-востоке современ­ного Заира, а также в пограничных районах Судана и Центральноафриканской Республики) время от време­ни обрушиваются старые амбары. В этом нет ничего необычного. Каждый азанде знает, что с течением времени термиты стачивают опоры и что даже самая твёрдая древесина со временем сгнивает. В жару азанде нередко укры­ваются в этих строениях... и может случиться, что крыша амбара обру­шится как раз в тот момент, когда под ней находятся люди... Азанде понима­ет, что обвал произошёл из-за терми­тов, а люди находились в помещении, спасаясь от жары. Но он... также зна­ет, почему эти два события совпали во времени и в пространстве: благодаря ведовству».
Таким образом, в традиционном обществе азанде не было места случайностям, каждый несчастный случай, бед­ствие были как бы запрограммированы, вызваны определёнными причинами. И это не обязательно было проявление злонамеренности ведунов — возможно, сама жертва нарушила какое-либо табу, волю предков и т. д. Пострадавшие обращались за помощью к прорицателям, пользовавшимся у азанде и многих дру­гих народов большим авторитетом. Прорицатель сообщал азанде имена его врагов, показывал места, где можно переждать опасность, рассказывал о скрытых, тайных силах. Вера в прори­цателей, а также боязнь нарушить многочисленные запреты и предписания, тем более оказаться заподозренными в причастности к колдовству и ведовст­ву были велики. Ведь в некоторых местах человек вынужден покидать свою родную деревню или город только потому, что окружающие на­чинают подозревать его в колдовст­ве или ведовстве.
Есть деревни и целые районы, где до сих пор воюют против колдов­ства и ведовства — как в одиночку, тж и всем миром: носят амулеты, освя­щённое магическое оружие, прибега­ют к заклинаниям, соблюдают запреты, предписанные гадателями и прорицателями, окропляют жертвенной кровью возможные места появле­ния колдунов и ведунов. Победить их трудно, ведь, согласно поверьям, они могут стать невидимыми и даже ле­тать. Поэтому для борьбы с колдунами и ведунами часто привлекают таких же профессионалов, как и они, в частности гадателей, проводящих ри­туальные «допросы трупа» — жертвы колдовства.
На площадь сходятся все жители деревни. Родственники умершего — как все считают, кем-то погубленно­го — выносят на носилках его остан­ки или символически заменяющий их пучок волос, личные вещи покой­ного и т. п. Взывая к трупу, гадатель заклинает душу умершего указать убийцу: «Этот, этот или этот?». Какое-то время носилки с телом в ру­ках мужчин остаются неподвижны­ми и вдруг наклоняются вперёд: виновный найден. Отпираться бес­полезно, иначе его ждут жесточай­шие испытания: ядовитый настой или ядовитый сок, залитый в глаза, а может быть, кипящее масло, в кото­рое заставят опустить руку. Затем возможны мучительная смерть или изгнание из общины.
Но чаще всего уличённый про­сто просил прощения у умершего и выплачивал его семье денежную ком­пенсацию. Умершему приносили кол­лективную жертву — бычка, и все ми­рились.
Гадание. Как в прошлом, так и в на­стоящем гадатели и прорицатели являются весьма заметными фигурами в религиозной и повседневной жизни Африки. К ним обращаются, чтобы уз­нать волю богов, причины личных несчастий и беспокойств, растолковать сон, получить совет и, возможно, помощь. Спрашивают гадателя обо всём «Почему засохло моё поле и можно ли вызвать дождь? Кто убил мою ко­рову? Почему у меня нет детей?.  Полюбит ли меня девушка, которая мне нравится? Ждёт ли меня успех в бизнесе? Сдам ли я следующий экзамен?.
Гаданием «для себя» занимают­ся во всём мире. Но настоящее гада­ние в глазах африканцев — это и дар (прежде всего способность к яс­новидению), ниспосланный избран к этому богами (духами), и большое искусство. Не случайно профессио­нальные гадатели пользовались и пользуются широкой известностью и почтением.
Порой способности человека к гаданию обнаруживались неожидан­но, когда он вдруг впадал в транс и со­вершал невероятные поступки. Иногда искусство гадания и прорицания пере­давалось по наследству по мужской линии как семейная тайна. У некоторых народов кандидата в профессиональ­ные гадатели ожидали тяжелейшие ис­пытания. Рассказывают, что пигмеи связывали его лицом к лицу с трупом и оставляли на три дня в яме. В Запад­ной Африке практиковалось испытание огнём или голодом. Так проверялась моральная и физическая стойкость буду­щих прорицателей.
Описание приёмов и способов гадания в Африке составило бы целую книгу. В своей практике гадатели опирались и опираются на наблюдения за живой и неживой природой и, глав­ное, используют огромный, накоплен­ный столетиями опыт и знания своих предшественников.
Для африканского гадателя, живу­щего вне города — а таких большин­ство. — всё окружающее наполнено потаённым смыслом: перемены пого­ды, повышение и понижение уровня воды в реках и озёрах, рост травы и деревьев в лесу и саванне, крики птиц и направление их полёта, повадки зве­рей, змей, насекомых, их следы.
О будущем гадатель может узнать по внутренностям жертвенных жи­вотных и птиц, по передвижениям паука, краба, домашних мышей или лисицы, по тому, как меняется расположение ритуальных предметов, расставленных на их пути. В разных африканских странах предсказывают будущее, бросая кварцевые камешки, раковины каури, бусы, клешни крабов, пучки шнурков и ремешков, полоски кожи или кости на шкуры антилопы овцы, барана, собаки. Расположение этих предметов подсказывает гадате­лю ответ.
Распространено чтение по воде. Гадатель, принося в жертву петуха бросает его в священную реку (ручей) и наблюдает, как и куда его несёт те­чение. Он также может предречь будущее,  сказать, каков будет урожай, наблюдая за поведением рыб, которым бросили корм.
Популярны и другие способы га­дания, в частности прослушивание звуков, которые возникают, когда в сосуде трясут зёрна или мелкие ка­мешки.
Африканские гадатели, особенно те, кто живёт в отдалённых, трудно доступных районах, одновременно занимаются и целительством. Дейст­вуют они примерно так же, как и профессионалы в этой области магии.
Целительство в Африке, с одной стороны, основывается на опыте народной медицины. Африканская народная медицина успешно справ­ляется с многочисленными местными болезнями и бытовыми недугами: уку­сами ядовитых змей и насекомых, отравлениями, несложными травмами, ранами и расстройствами психи­ки. Однако она бессильна против страшных инфекционных болезнней, привнесённых на континент, против массовых эпидемий.
С другой стороны, целитель — традиционная фигура африканских обществ, в которых болезни, ранения и несчастные случаи считались преж­де всего результатом действия злых сверхъестественных сил. Поэтому обя­зательными составляющими лечения их были магические заклинания и заго­воры, призванные вырвать пациента из рук злых или рассерженных духов, строящих козни колдунов и ведунов. Освящённые снадобья должны были поставить пациента на ноги. Безре­зультатное лечение и даже смерть пациента не обескураживали целителя, который всегда мог сослаться на вмешательство более могущественных темных сил. В случае же успеха целигеля ожидало заранее согласованное награждение.


Автор: , , ,
<