Христианство Иудаизм Синтоизм Буддизм Сикхизм Древнеегипетский символ Конфуцианство Индуизм Даосизм Зороастризм Ислам Джайнизм

Евразийство



Изображение: 
Евразийство

Евразийство - Идеократическое геополитическое и социально-философское учение, морфологический комплекс идей и интеллектуальное движение, конституировавшиеся в 1921 в среде российской эмиграции и сохраняющие идейно-политический потенциал до начала 21 в. Основателями и ведущими идеологами движения евразийство выступили Флоровский, Карсавин, Н.Н. Алексеев, Вернадский, Вышеславцев, Н.С. Трубецкой, Якобсон, В.Н.Ильин и др. Возникает как определенное возрождение идей славянофильства, дополненного научно-философскими концептами конца 19 – начала 20 вв. (См., например, программу Струве в статье «Великая Россия», опубликованной в январе 1908: возрождение России на идеях нации и отечества, частной собственности, духовной крепости и свободы лица, мощи и величия государства.) Отличительной характеристикой евразийство выступает также «феноменологически обостренное восприятие времени» (Степун) во всех его психологически окрашенных модусах: горечь поражений в мировой и гражданской войнах, бесприютность эмиграции, завороженность возможным будущим. Программными документами евразийство явились сборники «Исход к Востоку. Предчувствия и свершения. Утверждение евразийцев» (София, 1920–1921), «На путях» (1922), «Россия и латинство» (1923), а также манифесты «Евразийство (опыт систематического изложения)" (1926), «Евразийство (формулировка 1927 года) (1927), Декларация Первого съезда Евразийской организации (Прага, 1932). евразийство располагало собственной периодической печатью («Евразийская хроника»; а также газета «Евразия», изначально с 1929, правда, дезавуированная как орган движения Алексеевым, В.Н.Ильиным и П.Н.Савицким) и разнообразными просветительскими программами. На первом этапе задачей евразийство предполагалось «выключить из русской революционной динамики марксистско-коммунистическую идеологию как заведомо негодную, устарелую и реакционную», а впоследствии «включиться в революционный процесс на основании подлинно новой... обязательно динамической, свежей и молодой идеи». В «позднем» (конец 1930-х) варианте идеология и теория евразийство, связываемые также с именами П.Сувчинского, С. Эфрона, П. Арапова и др., нередко трактуются (В.Н.Ильин) как вырождение «русской идеи» в идеал «гегемонии кремлевской мафии над миром». Как организованное и самоосознающее движение, евразийство прекратило свое существование во второй половине 1930-х ввиду явного утопизма идей трансформации сталинского режима в Ссср в «евразийском духе». По мнению представителей евразийство, правомерно определенное ассоциирование «срединной части» Евразии как географического понятия (а именно территории между линией Балтика – Адриатика и Кавказским хребтом, включающей Среднюю Азию, ограниченной Курилами и границей с Китаем на востоке и юго-востоке), с одной стороны, и «местоположения» особой евразийской культуры, ядром которой выступает культура восточнославянских народов – русских, украинцев, белорусов, с другой стороны. (У Н.Н.Алексеева Россия – центральное «Солнце» Евразии.) По мнению представителей евразийства, Россия-Евразия характеризуется не только общностью исторических судеб населяющих ее народов и их родственных культур (идея и концепция «месторазвития» Савицкого), но и несомненным единым экономико-политическим будущим. Во вступительной редакционной статье «Исхода к Востоку» отмечалось: «Культура «романо-германской» Европы отмечена приверженностью к «мудрости систем», стремлением наличное возвести в незыблемую норму... Мы чтим прошлое и настоящее западно-европейской культуры, но не ее мы видим в будущем. С трепетной радостью, с дрожью боязни предаться опустошающей гордыни, – мы чувствуем, вместе с Герценом, что ныне «история толкается в наши ворота». Толкается не для того, чтобы породить какое-либо зоологическое наше «самоопределение», – но для того, чтобы в великом подвиге труда и свершения Россия также раскрыла миру некую общечеловеческую правду, как раскрывали ее величайшие народы прошлого и настоящего». Опираясь на социологическо-географические выводы Ключевского, Данилевского, С. Соловьева, теоретики евразийства акцентировали не только актуальность противопоставления России-Евразии и Западной Европы, но и подчеркивали потенциальную значимость основополагающих традиционной и модернизированной триад российской ментальности: «православие – самодержавие – народность», «централизация – дисциплина – самопожертвование». Рассматривая экспансию «русской» (восточно-славянской) культуры на всю территорию Евразии как ипостась глобального процесса обретения народами Евразии территориальной целостности, геополитического самосознания и государственности, идеологи движения уделяли особое внимание высокоэффективному культурному и генетическому синтезу «русского» и «туранского» начал евразийской культуры. (В этом контексте очевидны мотивы придания идеологами евразийства «огромной историко-геополитической роли» типично евразийской науке – кочевниковедению.) По мнению многих из теоретиков евразийства, попытки «модернизаций» по западно-европейским сценариям в конечном счете оказывались и всегда будут оказываться разрушительными для жизненного уклада евразийских народов. Гипотеза евразийства о том, что перспективный этнопсихологический евразийский тип формируется преимущественно на основе языковой палитры восточно-славянских народов, с одной стороны, и «азиатского» культурно-этнического типа, с другой, содействовала легитимизации идеи об особой значимости империи великих ордынских ханов для конституирования традиций евразийской государственности. (Киевская Русь трактовалась идеологами евразийства лишь как духовно-нравственная «колыбель» Евразийской цивилизации.) По мнению идеологов евразийства (манифест 1926), «мы усматриваем форму симфонически-личного бытия евразийско-русского мира в его государственности... С нашей точки зрения, революция привела к созданию наилучшим образом выражающей евразийскую идею форме – к форме федерации. Ведь федеративное устройство не только внешне отмечает многочисленность евразийской культуры, вместе с тем сохраняя ее единство. Оно способствует развитию и расцвету отдельных национально-культурных областей, окончательно и решительно порывая с тенденциями безумного русификаторства. Это – сдвиг культурного самосознания, несомненное и важное его расширение и обогащение». В контексте философии истории и теории этногенеза значимую роль в процессах возрождения идей евразийства в конце 20 ст. сыграло творчество Гумилева, работы которого аккумулировали обширный исторический, этнографический материал и подходы «психологии народов» применительно к единому евразийскому пространству. Одновременно, реальные геополитические процессы в «Евразии» конца 20 в. (распад Ссср и Сфрю, крушение системы социалистического лагеря, идеологическая и военно-политическая экспансия Запада) результировались в резком повышении общественного интереса к идеалам евразийства.  Основными характерными чертами идеологии, теории и практики общественного и государственного строительства современного евразийства (во многом созвучного евразийству «классическому») правомерно полагать следующее: 1) Идеократия как фундамент государства и общества (по В.Н. Ильину, идеократия – «стиль управления страной – именно путем идеологической информации масс или, если угодно, путем идеологического их инструктирования, что должно обязательно сопровождаться их заинтересовыванием и пробуждением в них идеологических симпатий, равно как и идеологической динамики»; в основании такой идеологии лежат «идеи-силы» и «идеи-ценности»). 2) Признание сильного государственного властного начала обязательным источником и двигателем социально-экономических реформ, осуществляемых в интересах большинства населения. 3) Отказ от политической конфронтации «на местах», формирование структур исполнительской власти «сверху вниз». 4) Возложение ответственности за основной массив стратегических решений вкупе с «направленностью и духом» законодательных инициатив на избираемого главу государства; согласно Алексееву, «по духу своему мы, пожалуй, первый тип русского ордена... кажется, прототипом нашего объединения было «старчество» (Зосима) у Достоевского». 5) Наделение представительных органов функциями-правами детальной проработки и канонизирования персонифицированных решений лидера нации и государства; согласно В.Н.Ильину, идеократия «ослабляет и отодвигает на задний план обычную государственную и государственно-парламентарную жизнь нынешних государственно-социально-политических комплексов». 6) Ориентация на гармоничное сочетание государственной и частной собственности, не допускающая подмену практики регулярных волеизъявлений и актов политической воли лидера государства по проблемам общенациональной значимости – осуществлением политических программ в интересах различных финансово-экономических групп; по мнению Алексеева, «...с точки зрения «социальной правды», капитализм никак нельзя защитить. Вернувшись к капитализму... русский народ примет капиталистическую систему условно, не веря в нее и не считая ее «праведной». Но русский народ есть народ, ищущий правды и не могущий жить без правды... Где же он будет искать ее при возвращении к капитализму? Опять в социализме... Принести гекатомбу жертв, чтобы ввести систему коммунизма, потом отвергнуть ее, как невозможную и несправедливую, чтобы опять начать верить в социализм... Можно наверняка сказать, что этого в России не будет. Русский народ примет правду коммунизма и отринет его кривду. Он, по-прежнему, будет бороться с эксплуатацией и рабством во имя человеческой свободы, но уже не в коммунистических целях и не коммунистическими средствами... Здоровье будущего русского государства обусловлено тем, что оно также должно быть «государством правды» («системой государственно-частного хозяйства»). 7) Приоритет интересов сотрудничающих общественных групп в противовес неограниченным индивидуальным потребностям по природе своей асоциальных индивидов. 8) Стремление к достижению сбалансированности между нравственными ценностями и «чистой» экономической целесообразностью. 9) Доминирование православия как религии, органично интегрирующей значимую совокупность догматов евразийских региональных вероисповеданий и т.д. Пафос концепции евразийства – мечта о едином «богочеловеке», о всеедином» человечестве – стремится противостоять в начале 3 тысячелетия процессам «вестернизации» мира. Тезис многих идеологов последней о естественном стационарном «эшелонированном» ранжировании государств (производителей преимущественно: а) либо новых идей и технологий; б) либо товаров массового потребления; в) либо сырья и вредных материалов) не совместим с русской идеей земного братства людей. (По мнению Н.С.Трубецкого, общезападный шовинизм и общезападный космополитизм тождественны: под «цивилизованным человечеством» их представители понимают ту цивилизацию, которую «в совместной работе выработали романские и германские народы Европы»; под «цивилизованными народами – прежде всего опять-таки тех же романцев и германцев, а затем и другие народы, которые приняли европейскую культуру»; «та культура, которая по мнению космополитов должна господствовать в мире, упразднив все прочие культуры, есть культура такой же определенной этнографически-антропологической единицы, как и та единица, о господстве которой мечтает шовинист».) Определенные центростремительные тенденции в геополитическом пространстве Евразии рубежа 20–21 вв. как результат усилий ряда политических деятелей, ориентирующихся в своей активности на принципиально нетрадиционный обновленческий пафос 21 ст., демонстрируют глобальный потенциал идеи евразийства: по выражению Аверинцева, «мыслительного движения на опасной грани философствования и политики», – независимо от его оценок различными идейными течениями, философско-социологическими школами и геополитическими структурами.

Источник: «Новейший философский словарь".е


Автор: , ,

<