Христианство Иудаизм Синтоизм Буддизм Сикхизм Древнеегипетский символ Конфуцианство Индуизм Даосизм Зороастризм Ислам Джайнизм

Гностицизм



Изображение: 
Гностицизм

Гностицизм. Гностиками (от греч. gnоsij — знание) принято называть представителей религ. течений, пытавшихся сочетать Евангелие с восточно-эллинистич. *теософией, оккультизмом и мифологией. Расцвет гностицизма приходится на 2-3 вв., но влияние его было более продолжительным. Одна гностич. секта существует и в наше время (мандеи, от арам. слова манда — гнозис, знание).

Поскольку из гностич. среды вышло неск. евангелий, деяний, посланий и откровений, к-рые претендовали на подлинность, гностицизм принадлежит не только к области церк. истории и истории философии, но и к сфере библ. науки. Это тем более очевидно, что отдельные Г. п., возможно, имели в качестве прототипа *досиноптическую традицию.

Учители и секты гностиков. Одним из первых гностиков считался самарянин Симон Гиттонский (Деян 8:9-24). За ним следуют: Досифей, Менандр, Иустин Гностик, Керинф, Саторнил, *Василид, *Валентин, Карпократ и их последователи, а также группы каинитов, нахасенов (офитов) и др. Особое место в гностицизме занимает Маркион Синопский, к-рый, собственно, не был гностиком, но был близок к ним в нек-рых вопросах.

Письменные памятники древнего гностицизма. До сер. 20 в. было известно считанное число памятников (Пистис София, Тайна великого Слова, Ев. Марии, Оды Соломоновы). Сведения о прочих извлекались из полемич. произведений отцов Церкви и древних церк. писателей (свт. *Иринея Лионского, свт. *Ипполита Римского, *Климента Александрийского, *Тертуллиана, свт. *Епифания Кипрского, *Евсевия Кесарийского, блж. *Августина, блж. *Иеронима и др.). Эти сведения создают довольно пеструю картину сект, учений и школ, системы к-рых часто противоречат друг другу. Даже в характеристике одной и той же доктрины полемисты нередко расходятся (напр., свт. Ириней Лионский и свт. Ипполит Римский по-разному описывают систему гностика Валентина). Доступ к самим гностич. книгам стал возможен лишь после 1945, когда в Египте, близ поселка Наг-Хаммади (Хенобоскион), была найдена целая гностич. библиотека, спрятанная на монашеском кладбище. Она содержала 13 сборников, включающих 53 трактата. Все они являются переводом с греч. яз. на коптский. Библиотека была собрана иноками первых монашеских поселений в кон. 4 в., вероятно, еще при жизни прп. Пахомия, основателя общежительного монашества (Наг-Хаммади находится неподалеку от места его первой обители). Однако греч. оригиналы книг восходят к более раннему времени (3, 2 вв.) и даже, может быть, к кон. 1 в. Мандейские памятники стали известны еще в 19 в., а в 1920-х гг. были открыты новые (но все они ср.-век. происхождения).

Интерпретация гностицизма до сих пор является предметом дискуссий среди ученых. Существует неск. взглядов на это явление религ. истории. 1. Отцы Церкви, а за ними *Неандер и *Гарнак рассматривают гностицизм как результат проникновения в Церковь эллинизиров. доктрин Востока, т. е. видят в нем христ. ересь, или, как выразился Гарнак, «острую эллинизацию христианства». 2. Другие авторы (напр., *Ренан, *Буссе, *Бультман) определяют гностицизм как определ. стадию в развитии синкретич. ирано-вавилонской религии, к-рая возникла до христианства и пыталась его ассимилировать. Вариант этой гипотезы мы находим в *мифологической теории (*Древс), согласно к-рой само христианство выводится из гностицизма. 3. Третьи (Г. Ионас) считают, что гностицизм первых веков христианства есть лишь одно из проявлений *теософии, к-рая в различ. формах возрождается во все времена. Последняя т. зр. подтверждается мн. фактами. Гностич. тенденции как попытка найти истинную религию на пути слияния вост. мистики, оккультизма и синкретич. язычества с филос. созерцанием действительно сопровождают духовную историю человечества от эпохи *эллинизма до наших дней. Дух гностич. теософии присутствует в александрийском иудействе и в неоплатонизме, в неопифагорействе и антич. мистериях, в манихейской религии и *каббале. Западное средневековье знает его в форме альбигойства (катаризма), а восточное — в форме богомильства и павликианства. Гностич. элементы присутствуют в учениях Бруно, Парацельса, *Бёме. В новое время гностицизм возродился в теософии и антропософии, а также в синкретич. ориентальных сектах (кришнаиты и проч.).

Однако, как показала переводчица и исследовательница текстов Наг-Хаммади *Трофимова, гностицизм первых веков христианства был специфич. формой мировоззрения, к-рую нельзя отрывать от историч. контекста. В этой форме гностицизм был, несомненно, особой интерпретацией христианства в духе крайнего спиритуализма. Ни одного дохрист. документа, к-рый можно было бы признать гностическим в прямом смысле слова, не найдено. Рукописи Наг-Хаммади доказывают, что гностицизм питался христ. источниками, а не наоборот. В то же время правы и те, кто считает, что мн. идеи гностицизм почерпнул из вост. религий и антич. философии. В этой связи гностицизм делят на: 1) в о с т о ч н ы й, к-рый более зависел от иудейства, маздеизма, вавилонской мифологии, и 2) з а п а д н ы й, корни к-рого — в учении Платона и неопифагорейцев. Такое деление достаточно условно, т. к. наука не располагает исчерпывающим корпусом памятников, а самому гностицизму свойственны текучесть и смутность представлений, к-рые часто переходили из одной доктрины в другую.

Основы гностического миросозерцания можно определить лишь в самых общих чертах. Разноголосица источников, усложненный символизм и стремление к эзотеризму не позволяют вычленить единую стройную концепцию.

Гностицизм — это, безусловно, «религия спасения». Теология ее колеблется между пантеизмом и *дуализмом, но в основе своей монистична. Превыше всего мыслится непознаваемое сокровенное Божество. Оно порождает сложную иерархию духовных сил (эонов), к-рые по мере удаления от Божества все более приближаются к хаосу и небытию. Одна из иерархий, Мировая Душа (Ахамот, София), соблазненная своеволием, оказывается в плену материи. Материальное ее состояние есть низшее, полное страданий. Т. о., «мир произошел из-за ошибки» (Ев. от Филиппа, 99). Страдающая Душа мира страдает в каждом человеке. Единств. возможность спасения для нее — это п о з н а т ь свое небесное происхождение и освободиться от уз материи. Это вполне совпадает с доктриной древнеинд. философии об авидье (на санскрите, букв. — отсутствие знания), к-рое препятствует человеку постичь свое тождество с Абсолютом. Для спасения Души мира на землю был послан один из эонов, Христос, Который, соединившись с человеком Иисусом, открыл избранным и посвященным людям тайну истинного познания (гнозиса). До него иудейским народом правил один из эонов, Демиург (Создатель). Он был существом ограниченным и низшим в сравнении с самыми высокими эонами. По одной версии, он ожесточенно воспротивился Спасителю и по его наущению враги распяли Пришедшего. Но в момент распятия Христос покинул Иисуса и восторжествовал над силами тьмы. По другой версии, Демиург, подобно Симеону Богоприимцу, радостно встретил Христа, признал свое неведение и уступил Ему свое место. Тело Иисуса Христа было призрачным (*докетизм), поэтому и страдания Его были иллюзорными. Понять истину, открытую Иисусом, могут только люди «духовные», «плотским» это не дано. «Духовные» должны путем экстатич. созерцания обрести покой в Едином. В связи с этой концепцией стоит почитание врагов Демиурга — Каина и Змея (евр. Нахбш, отсюда наименование нахасйны, или офъты, от греч. Фfij — змея). Сотериология Г. п. имеет два оттенка. У Василида конечная цель спасения — это полное растворение в Едином, «великое неведение» бессознательного, у Валентина — полнота света и радости вернувшейся к Отцу Души. Материя и те, кто были ее рабами, исчезнут. Останутся только «духовные» в «полном покое».

Для гностиков христианство — высшая абсолютная религия, но в их собственном истолковании. От Христа, учили гностики, люди узнали, что они могут открыть свою единоприродность с Богом. Творец, о Котором говорится в ВЗ, не мог дать истинного знания в силу Своей якобы ограниченной природы. Но Он не рассматривается как начало злое. Таким путем гностики пытались решить проблему соотношения двух Заветов. Темным полюсом для них была материя, что вело к крайнему спиритуализму и аскетизму (а иногда к имморализму, т. к. дела плоти, с их т. зр., не имеют реального значения). Только Маркион со всей определенностью характеризовал Бога ВЗ как злое начало. В целом вся эта доктрина с ее призывом искать истину только в самоуглублении, с ее отказом от активного нравств. служения, с ее языческой *христологией, пантеистич. сотериологией, отрывом ВЗ от НЗ, учением о материи как о зле в корне противоречила основам христианства. Поэтому отцы Церкви противостояли влиянию гностицизма, к-рый был особенно опасен тем, что развивался внутри Церкви, прикрываясь христ. фразеологией (сам термин «гностик» у церк. учителей того времени имел и положительный оттенок, напр., у Климента Александрийского, Оригена).

Гностические евангелия (Ев. Истины, Ев. от Фомы, Ев. от Филиппа и др.) отличаются высокой художественностью, приподнятым стилем и по форме чаще всего являются *логиями. Их авторов интересует не земная жизнь реального Богочеловека, а лишь поучения небесного эона, открывающего тайны спасительной жизни и «знания». Так, все изречения Ев. от Фомы начинаются словами: «Иисус сказал» и лишь изредка они включают диалог Иисуса со слушателями и учениками. На первый взгляд, это Евангелие весьма напоминает канонические. Но при внимательном прочтении становится очевидным, что оно далеко от истинной Благой Вести. Гл. задача — «познать себя» (Ев. от Фомы, 3), а через это — свою причастность Божеству. Добрый пастырь спасает не просто заблудившуюся овцу, а самую большую («духовного» человека), к-рую любит больше, чем 99 остальных (там же, 111). Царство Божье есть «выход из мук страданий тела» (Книга Фомы, 145). Христос представлен как эманация пантеистич. Божества. «Иисус сказал: Я — свет, который на всех, Я — все: все вышло из Меня и все вернулось ко Мне. Разруби дерево: Я — там; подними камень, и ты найдешь Меня там» (Ев. от Фомы, 81).

В Г. п. есть ссылки на ВЗ как на авторитетный источник (особенно в «Толковании о Душе»). Но в целом он признается «мертвым» (Ев. от Фомы, 57). Учение же Христа перетолковано в духе спиритуализма, с акцентом на самоуглубление и медитации над образами гностич. мифологии (история Души и эонов). Мировая Душа получила «божественность Отца, дабы обновиться, дабы вновь ее приняли в месте, в коем была она и з н а ч а л а (разр. — А. М.). Это — воскресение из мертвых. Это — спасение из плена. Это — восхождение к небесам. Это — путь к Отцу» (Толкование о Душе, 134). Такая установка более свойственна Веданте или Платону, нежели библ. традиции. Тем не менее, поскольку нек-рые гностич. секты и писания были еще генетически связаны с иудейской средой, не исключено, что в них есть отголоски подлинного предания. В Ев. от Фомы высоко ставится Иаков, Брат Господень (13), хотя и отрицается обрезание. Возможно, что это Евангелие есть не просто переработка канонич. текстов. По-видимому, автор его имел в своем распоряжении нек-рые не дошедшие до нас древние логии и *аграфы. Но признать Ев. от Фомы и аналогичные ему произведения источником новозав. письменности не позволяют ни хронологич. соображения, ни очевидная пропитанность их духом, чуждым Евангелию Христову. Гностицизм хотел подменить его греко-восточным спиритуализмом и отрешенностью, к-рая позволяет смотреть на тварь как на результат ошибки и падения. «Не случайно жестоко спорили между собой приверженцы гностического и христианского пути. Вместо фактического неучастия в действительности, вместо переживания типа эстетического, сулившего ощущение гармонии в личном экстатическом порыве, христианство звало к новым отношениям между людьми, требовало исполнить новый нравственный долг. Это был путь религиозной этики, и потому именно, что это был путь этики, а следовательно, прямого участия в жизни, он привлекал к себе; догматы христианской религии побеждали ветшавшие нравственные нормы античного общества» (М.К.Трофимова).

Борьба с гностицизмом была долгой и трудной. Даже после победы над ним спиритуалистич. соблазн увлекал часть монашества (см. *Евагрий Понтийский). Не случайно именно в м-ре уцелела единств. гностич. библиотека.

n Сведение о гностиках см. в творениях вышеуказ. свв. отцов и учителей; переводы рукописей из Наг-Хаммади в кн: Т р о ф и м о в а М.К., Историко-филос. вопросы гностицизма, М., 1979 (там же указаны издания оригиналов и пер. на иностр. языки); АДХ, с. 161-334. Ряд Г. п. в рус. пер. *Аверинцева помещен в кн. «От берегов Босфора до берегов Евфрата».

l *Б о л о т о в В.В., Лекции по истории древней Церкви, СПб., 1910, т.2; Пг., 1907-18, т.2; Б ы ч к о в В.В., Эстетика поздней античности: II-III вв., М., 1981; Г а р н а к А., История догматов, в кн.: Общая история европ. культуры, СПб., 1911, т.6; Гностицизм, НЭС, т.13; Гностицизм, ПБЭ, т. 4, с.418-34; *Д ю ш е н Л., История древней Церкви, пер. с франц., М., 1912, т.1; *И в а н о в А.И., Новое апокрифич. «Евангелие Фомы», ЖМП, 1959, № 9; И в а н ц о в - П л а т о н о в А.М., Ереси и расколы первых трех веков христианства, М., 1877, ч.1; К а р с а в и н Л.П., Свв. отцы и учители Церкви, Париж, 1927, гл. 2; *М е л и о р а н с к и й Б.М., Из лекций по истории и вероучению древней христ. Церкви (I-VIII вв.), СПб., 1910, вып.1, гл. 5; Н и к о л а е в Ю. [Д а н з а с Ю.Н.], В поисках за Божеством. Очерки истории гностицизма, СПб., 1913 (наиб. полный свод данных о гностицизме в рус. лит-ре до открытий в Наг-Хаммади); П а й к о в а А.В., Отражение некоторых гностич. представлений в памятниках сир. повествоват. лит-ры, ППС, 27 (90), 1981; *П о с н о в М.Э., Гностицизм и борьба Церкви с ним во II в., К., 1912; е г о ж е, Гностицизм II в. и победа христ. Церкви над ним, К., 1917; е г о ж е, Самарийские маги — христианские ересеархи, К., 1917; *Р е н а н Э., Христианская Церковь, пер. с франц., СПб., [1907]; Р о б и н с о н Д.М., Раннехрист. рукописи с берегов Нила, пер. с англ., «Курьер ЮНЕСКО», 1971, № 5; Р ы б и н с к и й В., Самарянство и гностицизм, «Странник», 1914, № 3, 1916, № 1; *С в е н ц и ц к а я И., Тайные писания первых христиан, М., 1980; Т р о ф и м о в а М.К., К переводу рукописей из Наг-Хаммади, Труды Международной конференции «Эйрене», М.-Ереван, 1977; е е ж е, Гностицизм: Пути и возможности его изучения, ППС, 26 (89), 1978; е е ж е, Гностич. проблема в совр. культуре Запада, в кн.: Культура и искусство антич. мира, М., 1980; Ш м и д т П., Гностицизм вчера и сегодня, «Символ», № 7, 1982. Библиогр. на иностр. яз. приведена в кн.: Т р о ф и м о в а М.К., Историко-филос. вопросы гностицизма, а также в кн.: Еnc.Кat., t. 5, s.1201-08; P o k o r n y P., Pisen o perle, Praha, 1986; Q u a s t e n. Patr., v.1, p.254-77. См. также ст. Наг-Хаммадийские рукописи.

Йонас Г. Гностицизм. СПб.: Лань, 1998

- - -

Человек занимает центральное место в учении гностицизма как средоточие мирового процесса. Он, хотя и является творением темных сил мира, по своей субстанции не принадлежит им. Эта его божественная субстанция часто принимает форму самостоятельной ипостаси «Первочеловека», или «Антропоса». Душа имеет противоположную плоти природу и по сущности своей принадлежит надкосмической сфере. Наряду с дуализмом души и тела в гностицизме существует и трихотомическое разделение человека на духовное, душевное и телесное поле.

Интересно отметить, что по верованиям некоторых представителей гностицизма, Христос, вознесясь на небо, изменил влияние планет на земную жизнь и даже их движение. Тем самым он сумел предопределить процессы формирования новых душ – ведь под его контролем оказалось как зачатие, так и развитие зародыша в утробе.

Помимо Христианства, Иудаизм внес важный вклад в систему понятий и развитие гностицизма. Одним из путей проникновения еврейского влияния в гностицизм служила Библия, которую почитали и христиане, а также другие произведения еврейской литературы — на иврите, арамейском и греческих языках. Особое влияние имели главы книги Бытие, повествующие о сотворении мира. Гностицизм приписывал особое значение рассказу о сотворении и грехопадении человека, истолкованному как рассказ о падении Божественного начала в материальный мир. Отрицательное отношение к природному миру и моральному закону, призванному регулировать поведение человека в этом мире, привело гностиков (сторонников гностицизма) к взгляду на создателя мира, Бога Израиля, как на злого или низшего бога; гностики решительно отвергали Его Закон и заповеди (особенно резкая антииудаистская направленность характерна для писаний гностика 2 в. Маркиона, полностью отвергавшего еврейскую Библию). Они толковали библейский рассказ в духе, противоположном его подлинному смыслу и назначению: так, зме?я в рассказе о грехопадении они часто рассматривали как носителя истинного «знания», которого Бог хотел лишить человека; Каин становился преследуемым Богом положительным героем, и т. д.




Теги: , ,

<