Христианство Иудаизм Синтоизм Буддизм Сикхизм Древнеегипетский символ Конфуцианство Индуизм Даосизм Зороастризм Ислам Джайнизм

Грааль



Изображение: 
Грааль

Грааль (от лат. "перемена блюд и напитков во время трапезы") — в средневековых христианских преданиях — чаша, из которой Иисус Христос пил во время Тайной Вечери и в которой вино превратилась в кровь (см. Евхаристия). По преданию, в грааль Иосиф Аримафейский собрал кровь, изошедшую из тела Христа, распятого на кресте. В темницу, куда был впоследствии заточен Иосиф Аримафейский, явился Иисус и вручил этот сосуд (чашу евхаристии) на хранение ему и его потомкам. После освобождения Иосиф (или его сын — тоже Иосиф) отправился в Британию, где его следы были утеряны. С этими описаниями соединились представления о таинственной чаше, на которой гадал израильский царь Шеломо, или Соломон, а также кельтские предания о чудесном камне Грааль. По легендам, грааль разыскивался рыцарями короля Артура. В религиозных учениях эзотерического типа грааль. — символ совокупности тайных знаний, являемых избранным Посвященным.

- - -

Еслистория и Грааль
 

ЧАША ХРИСТОВА ИЛИ ХРИСТОС

В соборе Валенсии хранится чаша, которую католики считают именно той, которая была на Тайной Вечере. Собственно, на роль святыни претендует лишь верх чаши - сфера, вырезанная из агата. Золотая оправа изготовлена в XIII в., нижняя, тоже каменная часть, вырезана в Х в. и украшена арабской надписью, упоминающей Азахара Медину из Альманзора. В документах чаша впервые упоминается 26 сентября 1399 года, когда она была подарена арагонскому королю Мартину I. Древнейшее же упоминание о почитании чаши Тайной вечери содержится в записках паломника VII века, которому показывали серебряный сосуд в Иерусалиме.

В июне 2006 г. папа Ратцингер, будучи в Валенсии, использовал эту чашу во время мессы с особым благоговением, хотя он всё-таки не высказался решительно в поддержку её подлинности.

В подлинность чаши веруют тысячи католиков. Считает её подлинной Дженис Бенет, специалистка по дизайну, которая в начале 1990-х годов увлекалась Испанией, выучила язык и cтала преподавать испанский в университете штата Колорадо. Она написала о Валенсийской чаше целую книгу (Janice Bennett.St. Laurence and The Holy Grail: The Story of The Holy Chalice of Valencia.). Правда, Бенет считает подлинными останками ап. Иакова Зеведеева ещё и мощи в Сантьяго, считает подлинным "сударион из Орвьето" (якобы платок, обвивавший голову Иисуса в гробнице) - что резко убавляет доверия к её компетенции. Она считает возможным принимать как точные сведения легенды о св. Лаврентии (якобы перенесшим чашу из Рима в Испанию в 258 году).

Намного осторожнее историк Сальвадор Антуньяно Алеа (Salvador Antunano Alea. The Mystery of the Holy Grail: Tradition and Legend of the Holy Chalice. EDICEP, 1999). Антуньяно - археолог из Сарагосского университета, полагает, что по внешним данным чаша соответствует манере, в которой изготавливались для богачей чаши во II в. до Р.Х. - I в. по Р.Х. в Палестине и Египте. Химического анализа чаши не производилось.

Чаша, безусловно, может быть подлинной. Правда, между этой подлинностью и агрессивным (направленным против "скептицизма", "научной критики") почитанием чаши католическими консерваторами - логический и эмоциональный разрыв. Планета, на которой родился Иисус - подлинная безусловно. Слова, которые повторяют христиане во время Евхаристии - подлинные, хотя звучат не так, как в устах Иисуса. Жажда подлинности иногда ведёт к повторению - например, повторение слов Иисуса есть подлинное, потому что Он хотел, чтобы их повторяли. Чаша же, над которой Он произнёс эти слова, не будет подлинной даже, если наука точно докажет, что такая-то чаша именно та. Потому что не может быть подлинным то, что лишь сопровождало подлинное. Икона не может быть подлинником, иначе она становится товаром или идолом (как и ценителей иконы с художественной точки зрения).

*

Впервые "Грааль" упомянул в 1160-1180-е гг. француз Кретьен де Труа в "Романе о Персевале", упомянул мимоходом один раз, но зато как: главный герой, "король-рыбак", сыт и здоров, "Лишь гостию вкушая с блюда - Оно-то и свершает чудо, Оберегая едока; Грааля святость велика!" (Пер. Витковского). Так что "грааль" прежде всего - блюдо. Встаёт вопрос: а какой тип посуды первичен: тарелка или чашка? блюдо или кубок? Лист или бутон, ладонь или голова вдохновили человека лепящего? Плоская Земля или круглая?

Чуть позже де Труа (во всяком случае, до Четвертого крестового похода) писал де Борон. В его романе Грааль исцеляет от проказы императора Веспасиана. Писался роман, когда королём Иерусалима был Балдуин IV - герой, заболевший проказой. Борон приписывает обладателю Граалю прозорливость, способность видеть, кто из людей праведник, а кто злодей. При этом только праведник может увидеть сам Грааль. Возможно, Борон этого и не имел в виду, но простой силлогизм подсказывает, что святой может увидеть Христа, но святой не может отличить праведника от грешника. А зачем? Праведнику это и не нужно, он же не судья. В отличие от Борона, роман которого щедро насыщен антисемитизмом: Пилат хороший, евреи плохие, они и "псы", и "злодеи", "жесток и лют далёкий иудейский люд", "Иудины сыны исчадья сатаны". Исцелённый Граалем Веспасиан движется на Иерусалим, оказывается, чтобы отомстить за Христа. В "Парцифале" Эшенбаха (1200-е гг.) Грааль вообще - камень, принесённый ангелом с небес.

 

Мышление-"тиски"

Образец мифологического мышления, очень замкнутого в себе, отбирающего из внешнего мира лишь то, что соответствует внутренней установке субъекта. Сосредоточенность на "сокровище", причем авторам неважно конкретное сокровище. Они одновременно интересуются и теми сокровищами Храма Соломона, которые были вывезены в Рим в 70 г. и якобы потом попали в Лангедок (Бейджент, 19), но подозревают, что римляне захватили не все сокровища, часть была зарыта под Храмом и попала к тамплиерам в XII в.

Они одновременно доверяют "наиболее частым сведениям" - например, клеветам на тамплиерам: якобы те топтали распятие - "такие записи в протоколах встречаются слишком часто, чтобы не доверять выдвинутым обвинениям" (Бейджент, 68). Но одновременно (и чаще) они не доверяют наиболее распространенным концепциям и свидетельствам, четыре евангелия для них менее важны, чем одно, более позднее, но оригинальное. "Поскольку в те времена католическая церковь пользовалась монополией на образование, и в особенности - на письменность, то дошедшие до наших дней записи свидетельствуют о вполне определенных намерениях. Почти все остальное было утрачено или подверглось жесткой цензуре. Но время от времени кое-где сквозь занавес официального умолчания все же просачивались некоторые выбивающиеся из общего контекста сведения. И на основе этих туманных следов можно реконструировать реальность - реальность, весьма интересную и весьма нелицеприятную для ортодоксов" (Бейджент, 235). Евангелие от Марка завершалось-де рассказом о погребении и пустой гробнице, остальное приписали потом (Бейджент, 324). Подлинная история Христа, женатого царя евреев, была не так нужна для успешной пропаганды новой религии, как миф о воскресении и непорочном зачатии (Бейджент, 369). "Представлялось, что богу не подобает участвовать в сложном и до крайности шатком политическом и династическом заговоре, а особенно - в заговоре неудачном" (Бейджент, 369). "Для пропагандистов нового мифа" существование семьи Иисуса было "значительным неудобством" (Бейджент, 370).

Истинная история - секретна, документы все лгут, но - одновременно - знающие истинную историю порциями сообщают о ней правду в желтой прессе, крошечных брошюрках, подготавливая общество к грядущему перевороту. Грааль - великая тайна, но с 1188 г. об этой тайне начинают писать романы. "Вольфрам намекает своим читателям на то, что его следует читать между строк, и разбрасывает в тексте поэмы всяческие подсказки. И в то же время он постоянно подчеркивает ноебходимость секретности" (Бейджент, 297).
Гиперсимволизм

Вера в то, что символ есть знание. Соборы, посвященные "Нотр-Дам", "на самом деле" посвящены Марии Магдалине, она "богиня-мать", но это известно лишь посвященным, а непосвященные, однако, думая, что молятся Богородице, молятся Магдалине - ведь определяют, кому они молятся, те, кто создал символ (Бейджент, 86-87). По этой же логике, то ли магической, то ли механической, один дьякон полагал, что 8 марта даже те, кто ничего не знает об Эсфири, празднуют именно ей, потому что якобы иудеи заложили такой символизм праздника. Другой энтузиаст чистоты веры полагал, что кришнаитская еда делает кришнаитом православных, пусть даже те, пробуя эту еду, ничего о кришнаизме не знают. Так суеверы полагают, что прысканье святой водой улиц делает эти улицы святой и освящает ходящих по ним.

Якобы все "великие мастера" Сиона принимали имя Иоанн - "это очевидное указание на эзотерическое и герметическое папство, основанное на учении Иоанна, в противоположность экзотерическому, основанному на учении Петра" (Бейджент, 151). Правда, который Иоанн - неясно, полагает автор. Был магистром и Ронкалли, он "ответствен за переориентацию католической церкви и ее возврат к XII столетию" (Бейджент, 153). Он якобы разрешил католикам быть масонами, автор Inde a primis, письма от июня 1960 г. о Крови Христовой - "оно подчеркивало, что Иисус страдал, как человек, и настаивало на том, что искупление грехов человечества произошло благодаря пролитой им крови. В контексте послания ... страдания Христовы приобретали большую важность, чем Воскресение и даже само Распятие" (Бейджент, 153).

Отсюда же повышенный интерес к сходству звучания слов (как и у Фоменко). "Множество населенных пунктов во Франции носят специфические семитские названия" (Бейджент, 279) - т.е., колено Вениамина бежало в Аркадию, стало франками. Поэтому в Галлию бежала жена Иисуса Мария Магдалина - к родственникам.

На служении Меровингам оказываются и католики, и антикатолики. Оборотная сторона символизма: неважно, что на поверхности, важно, что в глубине. "Аллегорические произведения ... доступны каждому, но их значение адресовано лишь избранным. Стоя за толпой и глядя поверх голов, отправитель и получатель понимают друг друга" (Бейджент, 177). В результате спокойно считает, что "Протоколы Сионских мудрецов" - подлинник, только искаженный, "сионские мудрецы" не евреи, а сторонники Меровингов, "Сионский приорат" (Бейджент, 180-191). Лефевр, как и модернисты - провокатор масонов, еретиков, его деятельность призвана ослабить Церковь (Бейджент, 211). Но и Папой масоны (Сионский приорат) манипулируют, шантажируют его, поэтому Лефевра не отлучили (Бейджент, 212).

Скепсис к рациональному и доказуемому, безусловное предпочтение недоказуемого и неясного. Могло быть, что Готфрида Бульонского избрали королем представители альбигойского заговора? Могло. "Вероятность такого поворота дел нельзя ни подтвердить, ни опровергнуть. И если это так, то мы вынуждены признать, что Сионский орден обладал значительной властью, - властью, включавшей даже право распоряжаться королевскими тронами" (Бейджент, 100).
Феодально-антибуржуазный характер "еслистории"

"Еслистория" есть миф феодальный и, более того, антибуржуазный. Он, как и конспирофобия в целом, зиждется на неверии в силу частного человека. Как могли девятеро основателей тамплиеров браться за "сложнейшую задачу ... защиты паломников на всех дорогах Святой Земли" (Бейджент, 47). Орден, а не частная инициатива, якобы был причиной капиталистического развития: "рыцари Храма обладали монополией на самые прогрессивные разработки своего века ... у них были свои собственные морские порты, судоверфи и флот" (Бейджент, 53).

Богатство дается лишь как открытие накопленного ранее. Сокровища Храма послужили причной "удивительного взлета" цистерцианцев при Бернаре (Бейджент, 73). "А также богатство, влияние и патронаж графа Шампани" (Бейджент, 74).

Частное лицо - ничто, общественные движения - ничто. Судьбы сражений решает стычка двоих, в истории сражаются лидеры организаций, - "Сионского приората", который якобы защищает интересы потомков Меровингов, и Католической Церкви, выступающей на стороне Каролингов.

Увы, привкус "еслистории" легко заметен во многих триумфалистских историях Церкви, сводящих плоть истории к воле великих людей. Только конспирофобы пытаются найти "истинных" заводил, превращая историю в набор матрешек: Каролингов раскрываем, там обнаруживаются Меровинги, Меровингов раскрываем - там обнаруживаются потомки Христа. В оценке роли Хлодвига авторы повторяют концепции триумфалистских церковных текстов: без его крещения Церковь бы не стала основой европейской истории.
 

Грааль и Христос

Грааль как доказательство того, что распятие было инсценировкой, "а сам Христос жил еще, по крайней мере, до 45 года" (Бейджент, 22). Как и все раввины, Он должен был быть женат, а брак в Кане - это Его свадьба, поэтому Мария там распоряжается (Бейджент, 336). Сыном Иисуса был Варавва (Бейджент, 355). Народ это знал, и предпочел, чтобы освободили сына законного царя, а не царя - освободили надежду на будущее. "Санг рояль" - "кровь короля" (Бейджент, 365). От него происходил Меровей - якобы родившийся от матери и морского зверя, а рыба - символ Христа (Бейджент, 236). "Граалем" был сын Иисуса от Магдалины, переправленный с матерью в Галлию (Бейджент, 316). В V в. потомки Иисуса породнились с Меровингами. Меровинги не стригли волос - назореи (Бейджент, 238, 398). Существование потомков Меровингов стало тщательно скрываться церковными и светскими властями (Бейджент, 261), потому что они были живым доказательством того, что Воскресения не было. Якобы Готфрид Бульонский был прямым потомком Меровея (доказательств не приводят, Бейджент, 270). Завоевывая Иерусалим, он возвращал себе как потомку Иисуса "законное наследство" (Бейджент, 317).

Грааль был одновременно и потомком Иисуса, и свидетельством о наличии потомства ("мумифицированное тело Иисуса; быть может, своего рода свидетельство о браке Иисуса и о рождении его детей"" - Бейджент, 412) попал к тамплиерам, которые, в свою очередь, были специально созданным подразделением катаров (они же альбигойцы для автора), и Петр Пустынник, и Бернар Клервосский проповедовали крестовые походы лишь того, чтобы вывезти Грааль из Иерусалима. Грааль был нужен катарам как манихеям, не видевшим нужды в смерти Бога за грехи мира - мол, и не умирал вовсе (Бейджент, 32).

Правда, одновременно авторы уверены, что Грааль был нужен и тем, кто веровал в богочеловечество Иисуса. Жозефин Пеладан, друг оккультиста Жерара Анкосса (Папюс), который в 1890 основал в Лангедоге неокатарскую церковь. Пеладан в 1889 ездил в Палестину и заявил, что нашел под мечетью Омара гробницу Иисуса. "Будучи верующим католиком, он тем не менее настаивал на смертности Иисуса" (Бейджент, 147). В 1890 Пеладан основал "Орден католических розенкрейцеров, Храма и Грааля".

Грааль - как идеология власти (и плодородия, шире - триумфа). В мифе о Граале (и в конспирофобии) объединились языческие, магические мотивы (чаша - скатерть-самобранка - котлы с едой) и средневеково-христианские мотивы, где Иисус - более царь, чем распятый. Меровинги знают, что они потомки Иисуса, но боятся это огласить, пока не придут к власти - чтобы их не истребили по приказу Церкви, как убили Дагоберта II. "Этот козырь можно было пустить в ход лишь с позиции уже завоеванной власти. с позиции силы" (Бейджент, 414). Поэтому потомки Меровея стремятся к созданию единой Европы - тогда они объявят о своем происхождении и пробудят в европейцах религиозный энтузиазм, как это сделал Хомейни в Иране (Бейджент, 420). Правда, авторы не объясняют, с какой стати якобы разочарованные вдруг во всем европейцы удовлетворят тоску "по религиозному возрождению", если им сообщат, что лидеры единой Европы - потомки ребе Иешуа. Просто декларируют: "Появление прямого потомка Иисуса ... может стать своего рода Вторым Пришествием" (Бейджент, 423).

Именно такая трактовка истории Грааля обеспечила в 2004 году популярность роману Дэна Брауна "Код да Винчи" (М.: Издательство АСТ, 2004. - 477 с. Тираж 7000 экз.). Предыдущие его романы больших денег не принесли, но использование в триллере псевдорелигиозной тематики оказалось удачным ходом. "Код да Винчи" - продолжение романа "Ангелы и демоны" о тайном ордене иллюминатов, состоящем из великих ученых последних столетий, которых ненавидит и тайно изводит Ватикан. В "Коде да Винчи" Церковь пытается извести творцов, хранящих наследие тамплиеров в виде шифров - символах на знаменитых полотнах, а главная тайна: что Мария Магдалина есть первая феминистка, жена Иисуса и т.п.

Еслистория ближе не к манихейству, а, увы, к тому извращению христианства, которое более озабочено злом, чем победой добра. Конспирофобия вообще неопровержима - но лишь как объяснение зла. Зла всегда много, объяснения зло не имеет, будучи беспричинным. Но то, что необъяснимо, дает полную свободу себя объяснять. Поэтому у Освенцима миллион объяснений - может, в попытках истребить родственников Христа его организовали? у иудеев тоже ведь своя еслистория. У добра объяснений фантастических быть не может, у него слишком точные объяснения, которые поверить в причины добра трудно психологически. Творческое, положительное в мире не интересует параноиков, они его не видят, они видят лишь цепь заговоров. Когда Ватикан творил миф о масонах или модернистах, он ведь тоже творил ислисторию. Самое просто: понять, что Библию действительно нужно изучать критически, что верующие не делятся на рядовых и генеральных - очень трудно для психологии власти.

Еслистория видит во власти нерв истории. На религиозном уровне это означает отрицание благодарности (литургии). Не за что благодарить Бога и некогда, надо искать заговорщиков. Благодарности противостоит не неблагодарность, а несвобода. Благодарность объединяет в себе творчество и свободу.

12.4.2004

Олсон, Карл. Мизел, Сандра. Ложь да Винчи. Разоблачение мифов "Кода да Винчи". М.: Амфора, 2006 г. 336 стр.

Карбен А. Свет Славы и Святой Грааль / Пер. с франц. - М.: Волшебная Гора, 2006. - 222 с.

Бейджент М., Лей Р., Линкольн Г. Святая кровь и святой Грааль. М.: Крон-пресс, 1987. 448 с. Пер. с англ. оригинала 1982 [Baigent, Leigh, Lincoln, пер. В.Скобей] Cм. статью Аверинцева, где и библиография . holygrail.ru, 2006




Теги: ,

Грааль, Что такое Грааль
<